Простор для мысли

Простор для мысли

пятница, 18 мая 2018 г.

Комментарий к фильму «Маленький Будда» (1993 год)

На момент выхода в прокат фильм Бернардо Бертолуччи «Маленький Будда» воспринимался намного ярче, чем сейчас, с явным интересом и пристальным вниманием.
В начале 1990-х годов вопросы эзотерики, перевоплощения и тайн жизни были сравнительно новыми для большой массы зрителей и для всей интеллектуальной публики вообще.  
Сегодня этим удивить уже нельзя. Поэтому и фильм однозначно поблёк и стал казаться то ли популяризацией буддийских представлений о мире и человеке, то ли детской киноэнциклопедией о буддизме со вставками о приключениях мальчика Джесси, которого специфически отметили странные монахи из Бутана.
Буддизм, безусловно, хорош – именно как специфическая философия жизни и бытия. Из всех мировых религий буддизм, пожалуй, является самой гуманистической и светлой. И герои фильма Бернардо Бертолуччи олицетворяют это философско-религиозное мировоззрение именно в обозначенном нами духе.
Если согласиться с этим, то уже не будет казаться натяжкой весьма доверительное отношение родителей маленького американского мальчика Джесси, в котором гости-буддисты из Бутана были склонны видеть перевоплощённую душу умершего некоторое время назад важного буддийского деятеля – ламы Дордже.
Интересно, что отец Джесси, Дин Конрад, с присущим американцам практическим подходом к любому делу, быстро смекнул, что его семья получит немалые преференции, а сын может сделать неплохую карьеру, если именно сейчас не закрывать двери перед странным, на первый взгляд, посольством во главе с ламой Норбу и согласиться на ознакомление сына с историей и принципами буддизма.
В фильме поворот семьи Конрадов к буддизму дополнительно мотивирован трагической смертью близкого и дорого им человека, друга отца по архитектурной части. Но факт остаётся фактом:  пусть и экзотически, но весьма заманчиво звучало заявление ламы Норбу о родившейся вновь среди людей высокой душе, якобы опознанной в забавном и любознательном сынишке молодых американских супругов.
Думается, в любой другой семье тоже не были бы против того, чтобы их сына опекали и, соответственно, содержали за свой или корпоративный счёт важные по сану фигуры из высокой духовной сферы.
Если вопросы реинкарнации как таковой, как уже было сказано, сегодня не новы, то один из нюансов этого буддийского учения, нашедший отображение в фильме, заслуживает того, чтобы сказать о нём особо.
Речь идёт о специфике воплощения развитой души, которая, в отличие от душ среднего и тем более низкого уровней, может одновременно (параллельно) воплотиться более чем в одном индивиде.
В фильме «Маленький Будда», помимо Джесси, претендентами на признание их реинкарнацией души былого ламы Дордже являются ещё два ребёнка – простой мальчик из Непала и девочка из интеллигентной индийской семьи. Такой способ воплощения специально разъясняется героями фильма и воспринимается как существенное дополнение к теме реинкарнации в целом.
Параллельно придуманной жизненной истории в фильме Бернардо Бертолуччи последовательно разворачивается повествование о рождении, взрослении и духовном развитии принца Сиддхартхи (Сиддхаттхи), ставшего основателем буддизма и первым Буддой в истории.
Два сюжета в одном фильме связаны только темой буддизма, поэтому путь к вершине Духа, который проделал принц Сиддхартхи, может представляться разукрашенным цветными красками буклетом пропагандистского плана.
Может вызывать недоумение и заголовок фильма. Почему именно «Маленький Будда»? Кого имели в виду авторы картины? Может быть, Джесси? Но ведь он реинкарнация не Будды, а всего лишь одного из мудрых лам. Нельзя назвать «маленьким Буддой» и принца Сиддхартхи, которого показывают отнюдь не в детском возрасте, а в годы, когда он уже сам стал отцом. Скажем здесь, что исполнение роли принца актёром Киану Ривзом впечатляет.
Наконец, может ли Будда вообще быть маленьким? Любой Будда в истории буддизма всегда велик и величествен.
И всё же в заглавии фильма заложен вполне определённый смысл. Кроме имени Будда, есть ещё и нарицательное слово будда в смысле «пробудившийся», «просветлённый», «достигший состояния духовного совершенствования».
В таком смысле маленьким Буддой (буддой) вполне можно назвать того симпатичного мальчика Джесси, как и многих других детей в буддийских школах, которые мелькают в массовых сценах фильма.
Любой человек с пробудившимся от сна и забвения истины сознанием тоже является маленьким буддой. И в этом заключается главная идея фильма Бернардо Бертолуччи и его призыв – принять за образец пробуждения и становления «Я-сознания» принца Сиддхартхи, сумевшего выйти за пределы специально созданного для него замка в живой и пёстрый мир навстречу людям.

© А. Ф. Рогалев. Литература, кино, жизнь. Гомель: Велагор, 2018. Авторский материал, ссылка обязательна.

четверг, 17 мая 2018 г.

Эзотерический фильм «Долина цветов» (2006 год)

Индийский режиссёр и сценарист Пан Налин создал и представил в 2006 году эзотерический фильм-притчу «Долина цветов», основанный на романе  «Магия любви и чёрная магия, или Неизвестный Тибет», написанном в 1938 году путешественницей, исследовательницей Тибета Александрой Давид-Неёль (1868–1969). Фильм снимался при участии киностудий четырёх стран – Индии, Франции, Японии и Германии.
Создатели фильма взяли идею и суть художественного произведения, его образы, но переименовали двух главных героев сюжета, оставив неизменными обстоятельства их встречи и основную коллизию, суть которой в следующем.
Некоторые души являются парными, или двойными. Они предназначены друг для друга и путешествуют по мирам, перевоплощаясь, набираясь опыта и взрослея, но при этом далеко не всегда находятся вместе.
Они могут встречаться, получать истинное наслаждение во взаимодействии друг с другом, а затем при драматических обстоятельствах расходятся, чтобы помнить, надеяться и ждать следующей, дозволенной условиями игры-путешествия, радости от встречи.
И так может продолжаться долго, почти что вечно. И перед этой вечностью жизнь на той или иной ветке бытия в конкретных ипостасях (воплощениях) является лишь мгновением, приносящим как удовольствие и счастье, так и разочарование, горечь расставания.
В романе его зовут Гараб, что по-тибетски означает «удовольствие, необычная радость». Девушка носит имя Дэчема – «приносящая счастье, радость». Как видим, у предназначенных друг для друга душ в их данном воплощении фактически одинаковые по смыслу имена.
В фильме главные действующие герои названы иначе – Джаван («юнец») и Ушна («огонь»). И это переименование сделано намеренно, с определённым смыслом. Авторы киносюжетов имеют на это право, ведь они создают своё произведение, пусть и на основе книги и даже с заимствованием идей и образов, но отличное от формы словесного повествования.
Юный Джаван – разбойник. Он находится в составе банды, грабящей караваны, идущие по Великому шёлковому пути, то есть по древней торговой дороге, которая вела из Восточной Азии к Средиземноморью.
Разбойники-грабители мотивируют свой образ жизни и промысел желанием наказывать тех, кто несправедливо богатеет в ущерб другим, влачащим жалкое и нищенское существование.
В одном из разграбленных и разбитых караванов разбойники обнаружили девушку, которая казалась чужеземкой. Она назвалась Ушной и сказала, что ждала этой встречи, вычислив местонахождение того, ради кого оказалась здесь, среди гор Тибета. Это был Джаван.
Потом станет ясно, что Ушна прибегла к чёрной магии, чтобы отыскать человека, носителя родственной ей души, и остаться с ним навсегда.
Мотив чёрной магии является ключевым в развитии сюжета фильма и переплетается с другим значимым началом – магией любви. Ушна зажгла неимоверную страсть в душе Джавана и сделала это посредством любовной магии. Эта девушка показана как намеренно, с заданной целью воплощённая душа, а любая душа по природе есть энергия, аналогом которой является огонь. Так мотивируется в фильме имя Ушна.
Она не родилась от земной женщины, и это очень скоро понял Джаван, созерцая и сенсорно исследуя тело Ушны, лишённое пупка. Душа, воплотившаяся в Ушне, использовала магическую практику, чтобы отыскать того, кто ныне зовётся Джаваном. Потом уже сам Джаван под действием зажженной Ушной любовной страсти и желания быть с любимой вечно, тоже прибегнул к чёрной магии.
Увы, результат оказался плачевным. Чёрная магия может помочь в скоротечных задачах, с её помощью действительно можно достичь желаемого, но она не распространяется на вечность, в отличие от магии любви. Такова ключевая идея фильма и романа, в названии которого как раз и обозначены эти два вида магии – искусственная (колдовские ухищрения) и естественная (любовь).
Параллельно этой идее развивается ещё одна: условия игры под названием «Жизнь» предполагают принесение в жертву самого дорого, что есть у человека, – его любви.
Да, это жестоко и вызывает несогласие как у героев фильма, так и у зрителя. Но это требуется для того, чтобы люди смогли осознать более высокую цель и необходимость – развитие души в постоянных поисках и впечатлениях, при накоплении жизненного опыта в странствиях по жизням, да ещё под действием стимула найти того или ту, кто друг другу суждены.
Таким образом, основной темой фильма «Долина цветов» является взаимодействие человеческих душ и любовь, соединяющая краткие жизни в бесконечной вечности. Само же заглавие фильма выступает в нём как образ, рождающийся в сознании Ушны.
Девушка мечтает уйти вместе с Джаваном в ту часть земного пространства, где растут только цветы. Но Джаван предлагает искать другое место – Долину тишины. Долина цветов ассоциируется с преходящим счастьем. Долина тишины символизирует вечность.
Но здесь вступают в противоречие земное и космическое понимание вечности и бесконечности. Эзотерическая основа анализируемого сюжета как раз и связана с разъяснением различия в этом понимании.
Полные же драматических перипетий судьбы героев, за действиями которых пристально наблюдает некий субъект по имени Йети (имя явно неудачное, лучше было бы – Учитель или Наставник), являются яркой иллюстрацией человеческих иллюзий и высших философских откровений.

© А. Ф. Рогалев. Литература, кино, жизнь. Гомель: Велагор, 2018. Авторский текст, ссылка обязательна, заимствование исключено.

вторник, 15 мая 2018 г.

Фильм о старости, но с названием «Молодость» («La giovinezza», 2015 год)

Фильм итальянского режиссёра и сценариста Паоло Соррентино «La giovinezza» («Молодость») мало просто смотреть. Рассказанное может показаться будничным, скучным и далёким от собственных интересов.
Но так и должно быть: ведь данный фильм – из категории «артхаус», то есть не рассчитанный на широкую аудиторию. К тому же по жанру он отнюдь не драма или мелодрама, как заявлено, а самый настоящий философский фильм. Философию же этого кино надо ещё уловить и осознать.
В центре повествования – два пожилых человека, один из них музыкант – композитор и дирижёр, другой – кинорежиссёр. Оба фактически завершили свою карьеру, отошли от дел, только режиссёр, которого зовут Мик Бойл, очень хочет снять свой последний фильм и работает над его сценарием, даже находясь на швейцарском курорте в живописном месте в Альпах.
Сюда же каждый год, в летнюю пору, на протяжении многих лет приезжает и композитор-дирижёр Фред Белинджер. Он дружит с Миком, откровенен с ним полностью. У них общие темы для обсуждения – старость и болезни, а ещё былые времена и приключения на женском фронте. Похоже, друзья-старики в молодости были бравыми парнями и мужчинами. Фред и Мик наблюдают за отдыхающими, и те показаны через призму восприятия двух главных героев.
Физическая молодость от них ушла. Между тем она же их и окружает: вместе с Фредом и Миком на курорте находятся их дети – дочь Фреда, Лена, и сын Мика, Джулиан. Они составляют распавшуюся пару, которая олицетворяет типичных представителей молодого поколения с их нестойкими и разнонаправленными желаниями и приоритетами.
Впрочем, дети не прочь упрекнуть и своих отцов – в том, что они, поучая и наставляя, похоже, забыли, что в былые годы мало чем отличались от нынешней молодёжи.
На курорте много всяких лиц – стандартных и нестандартных, простых и чудаковатых, с претензиями на что-то и без претензий, с разными интересами и проблемами. Создателям фильма удалось в полной мере показать многообразие лиц и типажей и соответственно этому – представить элитный курорт таким, каким он есть на самом деле.
Ведь сюда съезжаются разновозрастные психологические типы, в совокупности представляющие собой срез современного социума в его основе – состоятельный средний класс, весьма контрастный по определению. И в этом контрасте есть буквально всё, размещающееся по шкале с двумя крайними полюсами со знаками «высокое» и «низкое». А между ними – градации разных уровней.
Впрочем, главная идея фильма «Молодость» и его ключевая тематика даже не об этом. Просто сам фильм многоаспектный. Основный смысл сюжета концентрируется на антитезе «старость – молодость».
На первом плане находятся два главных героя-пенсионера, а сам фильм между тем носит название «Молодость». Данный факт нельзя интерпретировать в том смысле, что авторы якобы провозглашают «Дорогу молодым!» и стремятся показать в действии происходящую смену поколений.
Конечно, такую идею тоже не стоит отрицать. Но суть всё же в другом: физическая старость не исключает живость и энергичность души, её заряженность на поиски смысла жизни и на совершенствование в любом возрасте, даже в старости, которая при условии богатства жизненного содержания отнюдь не воспринимается как нечто удручающее и страшное.
Два образа фильма – Фред и Мик в блестящем исполнении Майкла Кейна и Харви Кейтеля как раз и убеждают в этом внимательного и вдумчивого зрителя. Старость тоже может быть молодой, как и молодость – старой.
Символом же активного восприятия жизни в любом возрасте служит один второстепенный, но всё же значимый образ фильма – буддист, достигший состояния левитации. Его душа взлетела, а другие, увы, к этому и не стремятся.
Фильм же, помимо глубокой смысловой наполненности, впечатляет мастерством в построении кадра, подачей панорамных видов и качественной игрой актёров.
© А. Ф. Рогалев. Литература, кино, жизнь. Гомель: Велагор, 2018. Авторский материал. Ссылка обязательна.